"

 

От международной обстановки вернёмся к ситуации внутри Советской республики.
Контрреволюционные силы в конце 1917 г. - начале 1918 года были незначительны, однако безусловную опасность представляли "украинизированные" части и казаки Каледина. На Дону объявился генерал Алексеев, так же туда пробрались Корнилов и остальные "быховские арестанты". Антинародный характер всех этих белых формирований сразу проявил себя во всей красе, они были лишь ширмой для иностранного вмешательства во внутренние дела России, Украины и других частей бывшей империи. Угроза вмешательства нависла над страной тотчас же после установления Советской власти. Дон и Кубань стали оплотом контрреволюции, сюда стекались все противники Советов, бывшие члены правительства, офицеры старой армии и буржуазия. В этом регионе были сильны сепаратистские настроения, крупные землевладельцы и казацкие начальники мечтали о независимых республиках. Казаки, вернувшиеся с фронтов Первой мировой, не горели желанием воевать на стороне мятежных офицеров. Добровольческая армия Корнилова к моменту начала "ледяного похода" (22 февраля) насчитывала около 4000 тыс. человек личного состава. И эта группировка не представляла серьезной угрозы для Советской власти, даже при условии поддержки местных помещиков и кулаков. Ввиду отсутствия поддержки со стороны народных масс, из-за нехватки вооружения, снаряжения, обмундирования и опоры на промышленные районы, движение это было обречено на провал. Т.е. добровольческая армия Корнилова, позже Деникина, не имела тыла и не могла себя обеспечить нужными средствами и материалами. Все это она могла получить только от Антанты. И Антанта помогла. В своих мемуарах Деникин признает, что "Таганрог и Ростов с их многочисленным рабочим населением, враждебным добровольческой армии, поглощали много сил на внутреннюю охрану".
Без поддержки контрреволюционных сил странами Антанты Гражданская война была бы невозможна, поэтому главная вина в развязывании Гражданской войны в России целиком лежит на империалистических странах членах Антанты. И все это отражено в дневниках, мемуарах и воспоминаниях белоэмигрантов и их благодетелей. Германия так же, пока была игроком (до Компьенского перемирия), помогала белогвардейцам на Дону и на севере в Финляндии. В оккупированных областях само собой, немецкая армия помогла местным контрреволюционным силам подавить сопротивление большевиков. Стратегический гений Ленина не позволил русской буржуазии и поддерживающему ее дворянству мобилизовать даже ничтожную часть своих резервов. Не только в Петрограде, но и в ряде губернских и уездных городов и районов власть переходила к Советам при самом незначительном и коротком сопротивлении захваченной врасплох контрреволюции. Ни московские юнкера, ни астраханские, донские, кубанские и прочие казаки поступательного движения революции не остановили. Как нельзя кстати для антибольшевистских сил на территории России оказался чехословацкий корпус. В мае 1918 года старой армии уже не существовало, Красная армия и белые армии находились в стадии формирования, белочехи оказались самой боеспособной силой в России в то время.
Чехословацкий корпус к тому моменту был составной частью французской армии и в денежном отношении целиком зависел от Антанты. Такой возможностью грех было не воспользоваться. В конце мая 1918 года на протяжении всей линии Транссиба от Пензы до Владивостока, вспыхнуло подготовленное и профинансированное французской миссией восстание. При поддержке внутренней контрреволюции белочехи опрокинули Советскую власть в Сибири и в Среднем Поволжье. В Самаре 8 июня было организовано первое антибольшевистское правительство — Комитет членов Учредительного собрания (КОМУЧ), а 30 июня в Омске — Временное Сибирское правительство. С этого момента, почувствовав опору, как по цепной реакции начали формироваться антибольшевистские правительства по всей России. Владивосток был захвачен 29 июня, здесь находилась самая крупная группировка чехословаков около 15 тысяч штыков. К власти пришла городская дума, в которой большинство мест, как и в КОМУЧе имели эсеры и меньшевики.
Советская власть, отрезанная от Украины и Дона, от хлебных областей Сибири и Поволжья, оказалась в тяжелейшем положении. К тому же летом 1918-го войска Антанты высадились на севере, заняли Архангельск и Мурман (так назывался Мурманск в те годы), соединившись с местными белогвардейцами начали движение на юг для соединения с белочехами. Территория, занимаемая Советской властью, сократилась критически, но и на этой территории почти повсеместно происходили восстания в деревне, возглавляемые кулачеством. Контрреволюция всех мастей, уверовавшая в скорую гибель Советов активизировалась в городах, пытаясь поднять на борьбу с большевиками всякую нечисть, спекулируя на религиозном фанатизме и антисемитизме. Эти чрезвычайные события заставили партию отказаться от экономической политики намеченной Лениным в апреле и перейти к политике военного коммунизма ("Очередные задачи Советской власти").  Военный коммунизм, по сути, был системой планомерного распределения тех небольших ресурсов, которыми располагала страна в то время. Если бы не открытая интервенция, то первые годы новой власти были бы затрачены на борьбу с разрухой и восстановление народного хозяйства, а не на формирование армий и ожесточенные бои с внутренней и внешней контрреволюцией.

20151020153525 010 enl

Ллойд Джордж вспоминает:

"В течение лета и осени 1918г. мы провели несколько мероприятий, которые ставили себе главной задачей на Востоке:
Не дать Германии и Турции доступа к нефтяным богатствам Каспия;
Не допустить, чтобы военные запасы в Мурманске, Архангельске и Владивостоке попали в руки неприятеля;
Помочь чехословацким войскам на Урале и во Владивостоке, чтобы они либо восстановили антигерманский фронт совместно с казаками союзной ориентации и с другими националистскими группами в России, либо беспрепятственно ушли из страны и присоединились к союзным силам на Западе.
(Чехословацкий корпус — национальное добровольческое воинское соединение, сформированное в составе русской армии в годы ПМВ из чешских и словацких колонистов, а в последствии и пленных — бывших военнослужащих австро-венгерской армии, выразивших желание участвовать в войне против Германии и Австро-Венгрии. После революции корпус перешёл под командование Антанты. Корпус был формально подчинён французскому командованию и начал эвакуацию из России через Дальний Восток. Впоследствии стал основной ударной силой контрреволюции в Сибири и на Дальнем Востоке, насчитывал он примерно 70 000 тыс. штыков.)

"Среди многих соображений, которые обусловили интервенцию, надо указать прежде всего на тот факт, что во Владивостоке скопились большие военные запасы, которые предназначались для наших русских друзей в их борьбе с центральными державами. Мы не хотели, чтобы ими воспользовались большевики для истребления тех антибольшевистских сил, которые все ещё готовы были бороться с немцами..."

К сожалению "русские друзья" Ллойд Джорджа не могли, не хотели и не воевали с немцами. Дальнейшие события показали, что волновали их не немцы, а собственность и привилегии, которых лишили их большевики. И они готовы были выступить на чьей угодно стороне и выступили, между прочим, лишь бы вернуть потерянное. А через двадцать лет они снова встали под знамена империализма против Советской власти.

"Было трудно отказаться от помощи, которую предлагала нам Япония. С другой стороны, было чрезвычайно желательно, чтобы Великобритания и Соединенные штаты участвовали во всех операциях, которые будут здесь проведены."
"Япония была одним из наших союзников в этой войне...отдаленность Японии от всех театров войны не позволяла нам до сих пор воспользоваться ее военными ресурсами. Теперь же, казалось, ситуация в России позволяет нам это сделать.
Японцы хотели вступить в Россию... поднять казаков, чехов и другие дружественные союзникам элементы на борьбу с немцами".

(Ллойд Джордж. Военные мемуары. В России после Бреста. Том VI.)

Интересно, автору этих строк самому не смешно было такое писать? Ллойд Джордж пишет о Японии, как о единственной серьезной силе в регионе способной остановит немецкое продвижение в глубь России. С одной стороны - англичане делали все возможное, чтобы поддерживать дружественные дипломатические отношения с большевиками и признавали де-факто их власть на территории бывшей Российской империи, как они сами заявляли, с другой стороны — без всяких переговоров и консультаций оккупировали целые регионы. И все разумеется под предлогом "недопущения продвижения немецкой армии в глубь России". Так страшна была угроза немецкого проникновения на Дальний Восток, что японцы едва не начали окопы вокруг Токио копать. Действия частей чехословацкого корпуса на линии Сибирской железной дороги начиная от Пензы и кончая Владивостоком японцев не смущали.
24 июня (1918) с Ллойд Джорджем встретился Керенский, он просил оказать помощь остаткам старых социалистических партий, которые входили в состав временного правительства до свержения его большевиками. Эти партии, как пишет Ллойд Джордж — во многом расходились между собой, но все они желали союзной интервенции.

fb126ec6-c806-4f7b-8cff-ecc5bf1fb9fe

Итак, против большевистской политики мира ополчились контрреволюционеры всех мастей — от монархистов и кадетов до эсеров и меньшевиков. Все они, как и правительства стран Антанты, хотели продолжения войны "до победного конца". Социал-демократы, спекулируя на тяжёлых условиях мирного договора, расставляли ловушку для Советской власти, ведь продолжение войны неизбежно привело бы к гибели республики и восстановления в России буржуазно-помещичьего строя. Так же в эту ловушку тянули партию большевиков и Советскую власть "левые коммунисты", "революционеры фразы", как называл их Ленин, возглавляемые Бухариным и Троцким. Прикрывая громкими фразами свою оппортунистическую природу, "левые коммунисты" вели борьбу против Ленина, против большинства партии. Они изображали ленинскую политику как соглашательскую в отношении империалистических стран, антипролетарскую, не считались с объективной обстановкой, которая сложилась внутри страны и на международной арене. Требовали немедленного прекращения мирных переговоров и объявления революционной войны Германии. Троцкий, фактически стоял на позициях "левых коммунистов", прикрываясь фразой "ни мира, ни войны".
(Левые коммунисты — внутрипартийная оппозиция внутри РСДРП(б) далее РКП(б), образовавшаяся в январе 1918 года. Её члены призывали немедленно экспортировать революцию в другие страны с целью перехода к мировой революции, так как без этого социалистическая революция в России погибнет.)

Надежда Константиновна Крупская пишет в своих воспоминаниях:
"К "левым коммунистам" принадлежал целый ряд очень близких товарищей, с которыми рука об руку приходилось работать годы, находить поддержку в труднейшие моменты борьбы. Около Ильича образовалась какая-то пустота."
(Н. К. Крупская. "Воспоминания о Ленине")

Сложность положения была ещё в том, что "левые коммунисты" занимали руководящие посты в крупнейших партийных организациях, в том числе в Московской и Петроградской. Естественно не все заметили, что происходят коренные изменения в условиях борьбы за социалистическую революцию. Республика столкнулась лицом к лицу с международным империализмом, а здесь требовался совершенно иной подход, в отличие от борьбы с внутренними врагами революции. Не только рядовые коммунисты, но и бывалые, опытные партийцы, как например Дзержинский, Куйбышев, Фрунзе, не сразу разобрались в переменах обстановки и гибельной политики "левых коммунистов". Условия мира были грабительские, это вызвало возмущение и негодование среди трудящихся. Народу было непонятно, почему так "легко" Советское правительство "отдаёт" германцам Украину. Главная мысль, которую пытались донести до заблуждающихся товарищей, сторонники ленинской тактики, заключалась в том, чтобы объяснить, что Украину и прочие территории мы теряем в любом случае, что потеря эта - свершившийся факт. И исходить следует из этого, конкретного факта, и соответственно нужно извлечь из этого максимальную пользу для удержания власти и подготовки к революционной войне.

Первыми против принятия германских условий мира выступили Московское областное бюро и Петроградский комитет РСДРП(б). 28 декабря 1917 ( 10 января 1918 ) пленум Московского областного бюро, у руководства которого временно оказались "левые коммунисты" Ломов, Максимовский, Осинский, Сапронов, Стуков и др., принял решение с требованием прекращения мирных переговоров и разрыва дипломатических отношений со всеми капиталистическими государствами. В тот же день Московское бюро поддержало большинство Петроградского комитета РСДРП(б), Бокий, Косиор, Фенигштейн, Равиль и др. "левые коммунисты". Так же их поддержали Московский окружной, Московский городской комитеты партии и ряд крупнейших партийных комитетов Урала, Украины, Сибири. "Левый коммунизм" стал серьезной, если не главной угрозой, им оказались заражены многие партийные комитеты.
Товарищи засевшие в комитетах очень быстро забыли, что большевики завоевали власть благодаря солдатской массе, которой они обещали мир, прекращение войны и возвращение домой. И если сейчас они возьмут свои слова обратно, не сдержат обещания, то народ их сметёт, они попросту слетят. Они будут выглядеть в глазах народа такими же пустозвонами как меньшевики и эсеры. "Мир не может быть заключен только сверху. Мира нужно добиваться снизу", так говорил Ленин в ноябре 1917 г.
Основная борьба за мир и диктатуру пролетариата предстояла внутри партии. Главная задача заключалась в том, чтобы помочь честно заблуждавшимся товарищам освободиться от иллюзии революционной войны, разоблачить вредительскую политику "левых коммунистов" и немедленно заключить мир с Германией. Величайшая заслуга в решении этой труднейшей задачи принадлежит конечно Ленину, он гениально обосновал необходимость коренного изменения тактики партии, перехода от "триумфального шествия" Советской власти к временному отступлению. Ленинская мудрость, принципиальность и железная воля направили партию в нужное русло в вопросе о войне и мире. Эта победа была достигнута в жесточайшей внутрипартийной борьбе, в борьбе против Троцкого и "левых коммунистов".

8 ( 21 ) января 1918 года в Петрограде состоялось совещание членов Центрального Комитета партии с делегатами-коммунистами III съезда Советов.
Ленин зачитал на совещании свои знаменитые "Тезисы по вопросу о немедленном заключении сепаратного и аннексионистского мира", он дал исчерпывающий анализ внутренней и международной обстановки, изложил ход мирных переговоров в Брест-Литовске. Владимир Ильич показал, что вести войну в условиях, которые сложились на тот момент было бы авантюрой. Условия известны — это экономическая разруха, усталость народа от войны, сопротивление Советской власти и саботаж буржуазии, низкий уровень боеспособности армии и нежелание солдат воевать за чуждые им интересы. Из этих данных, как говорил Ильич, следует, что передышку надо брать немедленно, ибо потом будет поздно.

Специально для тех, кто до сих пор находится в плену идеологического клише о сговоре большевиков с кайзером, Ленин в своём докладе — ТЕЗИСЫ ПО ВОПРОСУ О НЕМЕДЛЕННОМ ЗАКЛЮЧЕНИИ СЕПАРАТНОГО И АННЕКСИОНИСТСКОГО МИРА, в десятом пункте разъясняет:

"10. Другой довод за немедленную войну тот, что, заключая мир, мы объективно являемся агентами германского империализма, ибо даем ему и освобождение войск с нашего фронта и миллионы пленных и т. д. Но и этот довод явно неверен, ибо революционная война в данный момент сделала бы нас, объективно, агентами англо-французского империализма, давая ему подсобные его целям силы. Англичане прямо предлагали нашему главковерху Крыленке по сто рублей в месяц за каждого нашего солдата, в случае продолжения войны. Если мы ни копейки не возьмем от англо-французов, мы все же, объективно, будем помогать им, отвлекая часть немецких войск.
С этой стороны в обоих случаях мы не вырываемся полностью из той или иной империалистской связи, да и очевидно, что нельзя вырваться из нее полностью, не свергнув всемирного империализма. Правильный вывод отсюда тот, что, со времени победы социалистического правительства в одной из стран, надо решать вопросы не с точки зрения предпочтительности того или другого империализма, а исключительно с точки зрения наилучших условий для развития и укрепления социалистической революции, которая уже началась.
Другими словами: не тот принцип должен теперь лежать в основе нашей тактики, которому из двух империализмов выгоднее помочь теперь, а тот принцип, как вернее и надежнее можно обеспечить социалистической революции возможность укрепиться или хотя бы продержаться в одной стране до тех пор, пока присоединятся другие страны."

(В. И. Ленин. ПСС, т.35. К истории вопроса о несчастном мире, стр. 243 - 252)

"Революционные партии должны доучиваться. Они учились наступать. Теперь приходится понять, что эту науку необходимо дополнить наукой, как правильнее отступать. Приходится понять, - и революционный класс на собственном горьком опыте учится понимать, - что нельзя победить, не научившись правильному наступлению и правильному отступлению."

(Ленин. Детская болезнь "левизны" в коммунизме. Т. 41, III Главные этапы в истории большевизма. с. 10)

Хорошо дополняют ленинские тезисы слова товарища Сталина:

"Маневрирование резервами, рассчитанное на правильное отступление, когда враг силен, когда отступление неизбежно, когда принять бой, навязываемый противником, заведомо невыгодно, когда отступление становится при данном соотношении сил единственным средством вывести авангард из-под удара и сохранить за ним резервы...
Цель такой стратегии – выиграть время, разложить противника и накопить силы для перехода потом в наступление.
Образцом такой стратегии можно считать заключение Брестского мира, давшего партии возможность выиграть время, использовать столкновения в лагере империализма, разложить силы противника, сохранить за собой крестьянство и накопить силы для того, чтобы подготовить наступление на Колчака и Деникина."

(Сталин. Сочинения. Об основах ленинизма. Т. 6, с. 106. )

На упомянутом выше совещании ЦК Троцкий, Каменев, Ломов, Осинский, Преображенский, Яковлева и др. высказались против тезисов Ленина. Вопрос о заключении мира выявил три мнения в партии:
Ленинская точка зрения о необходимости немедленного принятия германских условий мира набрала 15 голосов.
Точка зрения «левых коммунистов» — объявление Германии «революционной войны» получила 32 голоса.
Позиция Троцкого — «ни мира, ни войны» - 16 голосов.
Далее, на заседании Центрального Комитета 11 ( 24 ) января, Ленин повторно выступил с докладом, он предупредил, что если отказаться от подписания мира сейчас, немцы начнут наступать и придётся подписывать мир на ещё более худших условиях. На этом заседании большинство получила позиция Троцкого.
Ввиду отсутствия в ЦК единства в вопросе мира, Ленин настоял на принятии своего предложения о всяческом затягивании мирных переговоров вплоть до ультиматума со стороны немцев.
Вопрос о мире обсуждался и на III Всероссийском съезде Советов 14 (27) января 1918 г. Съезд принял резолюцию, которая выражала полное доверие Советскому правительству и одобряла его деятельность, направленную на заключение мира.

Постановление о мире, принятое III Всероссийским съездом Советов 14 (27) января 1918 г.

"Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских и солдатских
депутатов подтверждает и одобряет все те заявления
и шаги Советской власти, которые направлены на достижение
всеобщего демократического мира.
Всероссийский съезд констатирует, что условия, предъявленные
австро-германской делегацией , являются не только
попранием принципов демократии, а и полным отрицанием
тех начал, которые были признаны делегациями центральных
империй в декларации 12 (25) декабря.
Центральные империи завладевают поляками, литовцами,
половиной латышей, частью украинцев, белорусов и эстонцев
и, лишая их права на действительное самоопределение, насильственно
утверждают в их среде господство привилегированных
и имущих верхов; таким образом, военная оккупация,
которую центральные империи намерены сохранить и после
заключения всеобщего мира, прямо направлена против осуществления
демократического мира на началах, провозглашенных
российской революцией.
Всероссийский съезд выражает свою глубокую уверенность
в том, что эта аннексионистская политика (контрреволюционные
меры) окажется бессильной отрезать трудящиеся
массы России от трудящихся масс Германии и Австро-Венгрии.
В могущественном протесте рабочих Вены, Нижней Австрии
и Венгрии против аннексионистского мира, в пробуждающемся
революционном движении пролетариата Германии Всероссийский
съезд усматривает лучшую гарантию против империалистического
мира, основанного на порабощении и насилии
и замаскированной контрибуции.
Провозглашая снова перед лицом всего мира стремление
русского народа к немедленному прекращению войны, Всероссийский
съезд поручает своей делегации отстаивать принципы
мира на основах программы русской революции.
Да здравствует честный демократический мир!
Да здравствует революционное братство народов!"

(Третий Всероссийский съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. - Петроград, 1918.)

16